TheJournal.ru

Я сидела у окна и смотрела на ромашки. Жёлтенькие лица с белыми воротничками. Они кажутся легкомысленными под лучами летнего солнца.
Ромашки, как оказалось, на удивление болтливые создания, постоянно о чем-то болтают между собой. А я слушала все их сплетни, о чём только не узнавала от них, то шмель одел только один сапог, то кузнечик ухаживает за гусеницей. А как-то услышала и эту историю.
Есть такое загадочное животное с загадочным названием, выхухоль.
И не надо смеяться.
Очень милое создание, с одной я была близко знакома. Её звали Лизи. Она была как все выхухоли очень маленькой и шустрой.
Весь день она бегала по округе за мухами и стрекозами. Лизи была частым гостем у нашей клумбы. Я с ней там и познакомилась.
Лизи садилась у дальнего камня и любовалась Пионом.
Ой, забыла его представить.
Разрешите Вам представить, Пион, большой и бархатный, гордо возвышающейся над ромашками. Было видно, как он гордится своим существованием, и никогда не при каких обстоятельствах не позволял себе беседы, даже с дядюшкой Шмелём.
Лизи всегда прибегала на рассвете. Она затихала и неморгая смотрела, как первые лучи нового дня искрились на листьях Пиона в капельках росы.
Лизи была влюблена в этого красавца.
А ромашки смеялись и над ней и над Пионом.
"Смотрите, смотрите, эта Лизи, совсем потеряла стыд, опять пришла и сколько может продолжаться этот срам", - перешёптывались они на рассвете.
Незаметно наступила осень.
Лизи, как обычно, прибежала на рассвете полюбоваться Пионом. Но не было больше красоты, перед ней стоял завядший и потрепанный ветрами цветок. Она не сразу узнала в нём своего Пиона.
Странно, но она всё равно приходила к каждому рассвету и смотрела на сугроб, который возвышался на месте нашей клумбы
P. S. А потом пришла весна…